Sanofi взялась за Мошкович

Два ключевых игрока мирового инсулинового рынка сошлись в схватке за разработчика препаратов для лечения редких заболеваний системы кровообращения
Sanofi взялась за Мошкович
Главный козырь Ablynx NV  экспериментальный препарат каплацизумаб, предназначенный для лечения болезни Мошкович
Фотография: ablynx.com

Первый месяц наступившего года на мировом биомедицинском рынке выдался очень впечатляющим по части многомиллиардных поглощений фармацевтическими гигантами более мелких перспективных биотехкомпаний.

В начале прошлой недели стало известно, что французская Sanofi за 11,6 млрд долларов приобрела американскую Bioverativ Inc., специализирующуюся на разработке препаратов для лечения нарушений свертываемости крови (подробнее об этом новом активе Sanofi, а также о покупке американской Celgene компании Juno Therapeutics «Стимул» писал в статье «Горячий январь биг фармы»

Многие аналитики тогда предположили, что вскоре примеру Sanofi и Celgene может последовать крупнейшая датская фармкомпания Novo Nordisk, которая еще 9 января предложила руководству бельгийской Ablynx NV 2,6 млрд евро (3,2 млрд долларов) наличными за 100% ее акций. Правда, совет директоров Ablynx единодушно отказался от этого предложения, вполне резонно посчитав обозначенную Novo Nordisk сумму сильно заниженной. Тем не менее наблюдатели ожидали, что датчане, немного поартачившись, обозначат новую цену и очередная мегасделка все же будет заключена.

magnifier (1).png Sanofi эффектно выкатила Ablynx контрпредложение: 3,9 млрд евро. Перед столь щедрым подарком бельгийцы устоять уже не смогли и в понедельник 28 января согласились стать частью империи Sanofi

Вполне вероятно, что такой сценарий и был бы реализован, но неожиданно в игру вступила все та же Sanofi, которая эффектно выкатила Ablynx контрпредложение: 3,9 млрд евро, то есть ровно в полтора раза больше, чем хотели заплатить датчане.

Перед столь щедрым подарком бельгийцы устоять уже не смогли и в понедельник 28 января согласились стать частью империи Sanofi. Таким образом, лидер французской фарминдустрии много лет обходивший рынок слияний и поглощений стороной, умудрился в течение одной недели купить сразу две новые перспективные компании. И, что особенно интересно, оба приобретения, Bioverativ Inc. и Ablynx NV, прежде всего известны своими разработками в сфере терапии редких заболеваний, характеризующихся нарушением нормальной работы системы кровообращения. Таким образом, Sanofi недвусмысленно обозначила свои новые приоритеты на биомедицинском рынке.

И как бы заодно нанесла очень болезненный удар Novo Nordisk, своему многолетнему главному конкуренту на магистральном медицинском направлении — разработке инсулиновых препаратов для лечения сахарного диабета.


Бегство от инсулинозависимости

Основные доходы французскому фармгиганту приносит продажа различных инсулиновых препаратов. Однако в этой ключевой для компании сфере деятельности общая рыночная картина в последнее время заметно изменилась. Так, главный диабетический блокбастер Sanofi, Lantus (он же инсулин гларгин-100), по итогам первого полугодия 2017-го принес компании чуть более 2,4 млрд евро, тогда как за аналогичный период годом ранее — 2,86 млрд евро, то есть снижение продаж составило примерно 16%. В США они сократились почти на 25% (это официальные данные самой компании), основная причина — растущее давление со стороны производителей более дешевых препаратов — аналогов инсулина гларгина.

Оливье Брандикур.jpg
CEO компании Sanofi Оливье Брандикур выбрал нишевой сегмент медицины, который способен на протяжении долгого времени приносить сверхдоходы
Фотография: Gettyimages

Общий же рост продаж новой инсулиновой версии, гларгина-300, продаваемого под брендом Toujeo, за тот же сравнительный период (первое полугодие 2017-го к первому полугодию 2016-го), хотя и был весьма солидным в процентном отношении (+64,8%), пока не достиг заметного объема в денежном выражении — в первой половине прошлого года он принес французской компании только 402 млн евро.

Соответственно, суммарные доходы от продаж диабетических препаратов Sanofi в первом полугодии 2017 года снизились (в пересчете на текущий обменный курс) почти на 10% по сравнению с аналогичным периодом 2016-го, а на ключевом рынке сбыта — американском — падение составило почти 20%. Впрочем, отчасти это было компенсировано хорошей динамикой на emerging markets, к числу которых относится и Россия (см. «Российский вызов Sanofi»).

magnifier (1).png Главный диабетический блокбастер Sanofi, Lantus, по итогам первого полугодия 2017 года принес компании чуть более 2,4 млрд евро, тогда за аналогичный период прошлого года — 2,86 млрд евро

Столкнувшись с ощутимой пробуксовкой на инсулиновом рынке, руководство Sanofi (нынешний CEO компании Оливье Брандикур был назначен на эту должность в феврале 2015 года) решило как можно активнее искать альтернативные источники долгосрочных финансовых поступлений. И в качестве главного кандидата на роль будущей «дойной коровы», как стало очевидно после двойной январской покупки, г-н Брандикур и его советники выбрали нишевой сегмент медицины, который, в отличие от высококонкурентного инсулинового рынка, способен на протяжении долгого времени приносить сверхдоходы (в том числе обеспечивая более долгую эксклюзивность патентной защиты).


Novo Nordisk не сдается

Показательно, что схожую трансформацию общей бизнес-модели в последнее время пытается осуществить и Novo Nordisk, денежные поступления которой от инсулиновых препаратов, а также лекарств, которые помогают бороться с ожирением, составляют около 80% ее общих продаж.

Правда, справедливости ради следует уточнить, что для Novo Nordisk, в отличие отSanofi, гемофилическое направление одно из традиционных — датчане заметно присутствуют на этом нишевом рынке уже более двух десятилетий, а биофармацевтическое подразделение Novo Nordisk, специализирующееся на гемофилических препаратах, приносит в общую копилку компании около 20%).

Йеспер Брандгор.jpg
Финансовый директор компании Novo Nordisk Йеспер Брандгор: «Называть Sanofi нашим новым серьезным конкурентом в области лечения гемофилии было бы несколько преждевременно»
Фотография: novonordisk.com

Но, судя по минорному финалу истории с Ablynx NV, внезапно проснувшееся у руководства Novo Nordisk желание пополнить свой портфель активов пока придется остудить, хотя финансовый директор компании Йеспер Брандгор в телефонном интервью Bloomberg по свежим следам несостоявшейся покупки заявил, что его компания планирует уже в скором времени найти другие перспективные объекты для покупки. Интересен и другой комментарий г-на Брандгора: «Называть Sanofi нашим новым серьезным конкурентом в области лечения гемофилии было бы несколько преждевременно».

Что же касается последнего приобретения Sanofi, Ablynx NV, то ее козырем сейчас считается экспериментальный препарат каплацизумаб, предназначенный для лечения тромботической микроангиопатии (у этой болезни несколько вариантов названия, в том числе болезнь Мошкович, тромбоцитопеническая тромбогемолитическая пурпура и тромбоцитопенический акроангиотромбоз) — тяжелого заболевания, характеризующегося множественным тромбообразованием и закупоркой мелких артерий и артериол. 

magnifier (1).png Помимо каплацизумаба в портфеле Ablynx присутствует и несколько других перспективных разработок, предназначенных, в частности, для борьбы с ревматоидным артритом, красной волчанкой и другими, более редкими болезнями

Но помимо каплацизумаба в портфеле Ablynx присутствует и несколько других перспективных разработок, предназначенных, в частности, для борьбы с ревматоидным артритом, красной (эритематозной) волчанкой и другими, более редкими болезнями. Иными словами, если бельгийской компании удастся достичь серьезного прогресса, у Sanofi, ее нового владельца, появятся очень неплохие шансы получить солидную коммерческую отдачу на новом бизнес-направлении. Но для Sanofi очень высока и цена возможной неудачи: как отмечают аналитики, кредитное плечо (соотношение заемного и собственного капитала) французской компании после двойного январского приобретения выросло с 0,5 до 1,6 по отношению к EBITDA.



Российский вызов Sanofi

Общий объем российского инсулинового рынка в 2017 году составил 20,69 млрд рублей (здесь и далее приводятся данные исследовательской компании IMS Health), в том числе на продажи биоаналогов инсулина пришлось 16,09 млрд (78%), а на сегмент ГИИЧ (генно-инженерных инсулинов человека) — 4,6 млрд рублей (22%).

Для сравнения: в 2016 году общий объем продаж инсулина в России составил 18,18 млрд рублей, в том числе аналогов — 13,47 млрд рублей.

В России Sanofi на протяжении многих лет удерживает первую позицию. Так, по итогам прошлого года суммарные продажи различных аналоговых инсулинов Sanofi составили около 8 млрд рублей (из них на ее основные коммерческие продукты — инсулины гларгины-100 и 300 (Lantus и Toujeo) — пришлось 7,3 млрд рублей), и еще около 750 млн принесли продажи ГИИЧ.

Впрочем, главный конкурент компании на этом рынке (равно как и на прочих страновых рынках), датская Novo Nordisk, уступает французам незначительно — ее продажи аналогов инсулина достигли в 2017 году 6,3 млрд рублей (5,68 млрд в 2016 году).

Особо отметим, что именно в России в прошлом году наблюдался самый звездный прирост доли нового препарата Toujeo в общих продажах основного гларгинового подсегмента Sanofi. Если еще в четвертом квартале 2016 года эта доля составила 13% (при практически нулевых продажах в начале года), то уже в первом квартале 2017-го — 52%, а по предварительным оценкам за октябрь–ноябрь прошлого года, около 57%.

Иными словами, в нашей стране происходит ударное замещение предыдущей версии,Lantus, более концентрированным вариантом Toujeo (в нем содержится 300 единиц на миллилитр действующего вещества по сравнению со 100 единицами у Lantus). Для сравнения приведем данные самой компании Sanofi, которые свидетельствуют о куда более скромной динамике изменения доли Toujeo в общих продажах инсулина гларгина в США: четвертый квартал 2015 года — 5%, четвертый квартал 2016-го и первый квартал 2017-го — 12% (более свежей информации в официальных отчетах Sanofi пока не опубликовано).

Таким образом, по мнению многих экспертов, в России, судя по всему, создаются условия для массового перевода пациентов, ранее получавших лекарственный препарат «Лантус», на модернизированный «Туджео СолоСтар», который сейчас, в отличие от «Лантуса», находится в РФ под патентной защитой, что способствует продлению доминирующего положения французского производителя на российском инсулиновом рынке.

У ведущего отечественного игрока этого рынка, петербургского «Герофарма» (эта компания — участник приоритетного проекта Минэкономразвития РФ «Национальные чемпионы»), общие продажи ГИИЧ в 2017 году достигли 1,045 млрд рублей (в 2016-м — 726,8 млн), в прошлом году она вышла на первое место в России в этом сегменте, наконец обойдя трио международных компаний (помимо Sanofi и Novo Nordisk на этом рынке представлена американская Eli Lilly, которая долгое время опережала остальных по продажам в России именно в сегменте ГИИЧ).

Создание и промышленный выпуск более эффективных (а равно и более финансово привлекательных) биоаналогов инсулина, прежде всего инсулина гларгина, сегодня один из наиболее перспективных проектов «Герофарма», который разработал собственную технологию синтеза субстанции инсулина гларгина и производства готовой лекарственной формы, а также провел полный комплекс доклинических исследований. В первом квартале нынешнего года ожидается завершение клинических исследований, а государственная регистрация российского препарата, по оценкам руководства компании, произойдет уже в 2019 году. Однако перспективы вывода инсулиновых продуктов и в целом фармацевтической отрасли в России в текущих условиях сегодня зависят от позиции государственных регулирующих органов по вопросу выдачи вторичных патентов и возможности их оспаривания.



Темы: Компания

Еще по теме
У команды скромного и малоизвестного стартапа «Нейробаланс» есть успешный кейс: их онлайн-тренажер психофизиологических ...