Трансфер не технологий, а людей

Сегодня традиционная схема трансфера технологий работает не в полную силу: для ее дальнейшего развития бизнесу от университетов нужны не столько результаты НИОКР, сколько компетентные люди, включенные в конкретные задачи промышленности
Трансфер не технологий, а людей
Исполнительный директор «Аргус-Спектра» Михаил Левчук, руководитель департамента «Иннопрактики» Алексей Одиноков и глава «Роспатента» Григорий Ивлиев обсуждают барьеры для трансфера технологий на ПМЭФ’17
Фотография: photo.roscongress.org

Как только человечество собирается приступить к новому технологическому сдвигу, представители бизнеса, политические деятели и даже простые граждане начинают наперебой говорить о важности технологий. Технологическая повестка вдруг оказывается в фокусе внимания не только профессиональных тусовок, но и ключевых экономических и политических форумов.

Именно этот феномен мы наблюдаем сегодня на примере концепций «третьей промышленной революции», «индустрии 4.0», других техновизионерских разработок различных «фабрик мысли» и отдельных мыслителей. Поразительно быстро стали они инкорпорироваться в государственные программы, стратегии бизнеса и повестку СМИ. Столь быстрое включение технологической повестки требует не только выверенных определений, решений на междисциплинарных стыках, но и систематизации прогнозов самого ближайшего будущего, а также оперативного укрепления в умах ученых, бизнесменов и политиков мысли, что с этим новым глобальным явлением надо что-то делать.

pencil-striped-symbol-for-interface-edit-buttons.pngБлокчейн

Технология распределенного хранения данных, при использовании которой вся информация о транзакциях (действиях между сторонами) хранится в виде хешей, цифровых отпечатков. Любое изменение исходной информации приведет к изменению хеша, а значит, подделка будет заметна. Хеш, хранящийся в системе, подделать практически нельзя, так как он криптографическими методами увязывается с другими транзакциями в блок, который хранит информацию еще и о предыдущем блоке. Чтобы создать каждый из блоков, требуются значительные компьютерные ресурсы. А чтобы их подменить — просто колоссальные вычислительные мощности, поскольку надо будет пересчитать все блоки в цепочке.

Из истории известно, что подобные ситуации возникают в зрелой фазе новой технико-экономической волны, когда она, набирая ход, начинает выходить за границы исследовательских организаций, инновационных компаний, новых секторов, вовлекая в свое движение всю экономику и даже общество. Последний ПМЭФ был ярким тому подтверждением: с высоких трибун звучали новые технологические термины («блокчейн», «цифровизация промышленности», «интернет вещей» и другие). На пленарных сессиях и круглых столах не раз повторялась мысль о «технологическом императиве» экономического развития России — без разработки, внедрения и масштабирования новых технологий мы обречены на отставание от развитых экономик, падение конкурентоспособности национального бизнеса и уровня жизни населения. Обычно от форумов такого уровня ждут только общей рамки, посыла urbi et orbi, а детали того, как реализовывать набросанную широкими мазками стратегию оставляют более узким профессиональным мероприятиям. Одно дело объявить о новой технологической революции и совсем другое — ответить на вопросы, где брать новые технологии — на глобальном рынке или разрабатывать самим? Если самим, то кто этим будет заниматься — университеты, институты, стартапы или промышленные компании? Как будет идти процесс трансфера и масштабирования технологий, как его может модерировать регулятор? Обсуждению этих профессиональных вопросов на последнем ПМЭФ тоже нашлось место.

 

Нужен «проректор по промышленности»

В третий день форума, что называется, в «десертной» зоне меню, проходил круглый стол «Эффективность технологического трансфера — резерв экономического роста». Представители науки, бизнеса и государства решили поделиться своим опытом и обсудить самые наболевшие проблемы в сфере разработки и передачи новых технологий в условиях разворачивающейся технологической революции.

Сначала глава «Роспатента» Григорий Ивлиев обрисовал общую ситуацию с процессом защиты и передачи прав на технологии в России: «Если в целом ряде развитых стран — технологических лидеров создание объекта интеллектуальной собственности и передача его от одного субъекта другому, например от научно-исследовательского центра крупной бизнес-корпорации или от вчерашнего стартапа венчурному инвестиционному фонду, — процесс динамичный, то в Российской Федерации мы не наблюдаем сколько-нибудь значимого прогресса в этом направлении все последние десять лет. Несмотря на существенное увеличение вложений в НИОКР, количество патентов, которые были переданы от одного субъекта другому в той или иной правовой форме, практически не меняется. Основная причина в том, что с 2007 года патентная активность российских заявителей практически не увеличивается и у нас не растет число патентов в обороте». Между тем патент — самый удобный и доступный способ защиты технологии для ее последующего трансфера. «Роспатент» обещает сделать процесс патентования еще более удобным и оперативным — и так небольшие сроки рассмотрения заявок будут еще сокращены, планируется ввод новой информационной системы, которая позволит технологическим брокерам следить за мировым патентным ландшафтом в режиме реального времени и повысить качество принятия решения о покупке или продаже той или иной технологии.

Количество зарегистрированных патентов
Общее число патентов в России практически не растет

Другой представитель государственного института — Вадим Куликов, первый заместитель генерального директора Агентства технологического развития, сообщил, что, несмотря на санкции, найти необходимые российской экономике технологии на глобальном рынке все же удается, надо только уметь правильно выходить на самих владельцев технологий, и привел успешный кейс поиску агентством технологий сжижения природного газа в США.

Участников дискуссии больше интересовал другой вопрос: как будут выстроены в России коммуникации между всеми сторонами трансфера технологий? В мировой практике модератором этого процесса, как правило, выступают университеты. Как отметил экс-замминистра образования и науки РФ, глава Российской венчурной компании Александр Повалко, в университетах коммуникациями с промышленностью должны заниматься компетентные люди. «Ключевая ошибка в том, что мы ставим задачу по трансферу технологий не перед теми людьми. Мы берем молодых ребят и говорим: „Теперь ты занимаешься трансфером технологий”. Куда ему бежать, с кем? Он ходит по компаниям в режиме коммивояжера и говорит: „У нас есть такие технологии”. Но связей нет, авторитета нет, и результата тоже нет. Нужно вот эту часть менять и в корпорациях, и в университетах, ориентироваться на людей, профессионально включенных в рынки, с ними работать. Мне кажется, что основной резерв роста эффективности технологического трансфера в том, чтобы максимально переориентировать эту работу на тех людей, которые не просто хотели бы ею заниматься, а могут ею заниматься».

В дискуссии вокруг фигуры ответственного за трансфер технологий в университете лица возникла идея должности «проректора по промышленности», на которую мог бы претендовать опытный специалист, знакомый и с рынками, и с индустрией, и с технологиями, который получил бы соответствующие полномочия от ректора и большую часть времени проводил не в университете, а на предприятиях. Выступавший следом ректор Университета Иннополис Александр Тормасов сообщил, что в его университете такой человек есть и он все время «в полях», в частности, все дни форума не отходит от бизнеса. Но главная проблема налаживания трансфера технологий от университета к промышленности, с точки зрения ректора, в том, что, например, команда, создавшая университетский стартап, не может свободно распоряжаться интеллектуальной собственностью — на ее часть и доходы от ее коммерциализации также претендует университет. Более того, у руководства университета свой взгляд на перспективы дальнейшего движения стартапа на рынке.

magnifier.png Из истории известно, что подобные ситуации возникают в зрелой фазе новой технико-экономической волны, когда она, набирая ход, начинает выходить за границы исследовательских организаций, инновационных компаний, новых секторов, вовлекая в свое движение всю экономику и даже общество

Начальник департамента проектной и инновационной деятельности ИТМО Нина Яныкина рассказала, как решает эту проблему ее университет: «Мы закрепили решением ученого совета распределение дохода от использования интеллектуальной собственности внутри университета в соотношении 30 процентов университету — условные накладные расходы, 30 процентов — лаборатории, где был создан объект интеллектуальной собственности, 40 процентов — авторам. И эта мера призвана стимулировать профессуру, в том числе молодых исследователей, на то, чтобы было более тесное взаимодействие с промышленностью, чтобы заниматься передачей результатов интеллектуальной деятельности в реальный сектор».

К обсуждению этого вопроса в рамках круглого стола подключились представители бизнеса. В зале присутствовали главы нескольких наиболее интересных с точки зрения трансфера технологий компаний, представляющих средний быстрорастущий технологический бизнес.

 

Бизнес делает заказ на востребованные технологии

Национальные чемпионы подошли к вопросу системно. Исполнительный директор «Аргус-Спектра» Михаил Левчук предложил проанализировать, какие технологии сегодня нужны российскому бизнесу и какие из них он сам разработать не в состоянии. Затем можно было бы агрегировать эту информацию, построить рейтинг и запустить механизм онлайн-биржи: частный бизнес и государство совместно принимают решения о финансировании закупки или разработки тех или иных востребованных технологий. Модель можно, по словам Михаила Левчука, отработать на участниках проекта «Национальные чемпионы». «Сегодня есть привилегированные отрасли промышленности, в которые активно вливаются деньги государства, которые могут себе позволить привезти технологию целиком. Но если мы хотим добиться массового эффекта, так, чтобы тысячи компаний могли воспользоваться этим, нужно создать прозрачный инструмент, когда я прихожу и говорю: „Ребята, вот я на сотую процента хочу пользоваться этой технологией”. Если таких, как я, придет десять тысяч, то станет ясно, что эту технологию нужно и можно локализовать в России».

pencil-striped-symbol-for-interface-edit-buttons.pngИнтернет вещей

Это концепция вычислительной сети физических объектов («вещей»), оснащенных встроенными технологиями для взаимодействия друг с другом или с внешней средой, рассматривающая организацию таких сетей как явление, способное перестроить экономические и общественные процессы, исключающее из части действий и операций необходимость участия человека.

Генеральный директор «Биокада» Дмитрий Морозов сообщил, что в условиях обострения технологической конкуренции стандартные методы трансфера технологий вообще плохо работают. Создавать по традиционной схеме «университетская лаборатория — центр трансфера технологий — промышленность» слишком долго. «В фармацевтической отрасли сделать готовую лекарственную форму — четыре года. Вы пока будете вести три-четыре года этот трансфер технологии, у вас, скорее всего, продукт выйдет из-под патента. Я в университетах ищу не технологии, а людей. Сами технологии устаревают очень быстро. Надо искать людей, которые способны воспроизводить технологии. Не копировать — может быть, на первом этапе и копировать с целью научиться — понимать, что ли, но дальше улучшать и создавать новые. Не улучшая постоянно технологии, которые мы имеем, не будет ничего. Ты всегда будешь отставать, ты всегда будешь догоняющим».

С Дмитрием Морозовым согласился и генеральный директор еще одного национального чемпиона — компании «Центр речевых технологий» Дмитрий Дырмовский. В IT технологическое обновление происходит еще быстрее, чем в фармацевтической отрасли: «Мы в прошлом году выводили на рынок США биометрическую мультимодальную платформу, это решение было уникальное, а в этом году уже четыре-пять похожих решений появилось. Поэтому у нас нет времени на традиционный трансфер. Нам в университетах нужны люди, способные разрабатывать технологии. Мы такой потенциал черпаем в вузах, в частности, используя механизм базовых кафедр — у нас есть кафедра речевых информационных систем в Университете ИТМО». Дмитрий Дырмовский также посетовал на то, что благодаря грантовой поддержке ученые в университетах чувствуют себя слишком комфортно. «Очень важно продумать механизм ротации, чтобы был трансфер ученых из вузов в конкретные компании на какой-то срок, для того чтобы они поработали в реальном секторе, в реальной промышленности, поняли, куда нужно развиваться. Нам хотелось бы, чтобы они работали вместе с нами в реальном секторе», — подчеркнул он.

magnifier.png Возникла идея должности «проректора по промышленности», на которую мог бы претендовать опытный специалист, знакомый и с рынками, и с индустрией, и с технологиями, который получил бы соответствующие полномочия от ректора и большую часть времени проводил не в университете, а на предприятиях

В целом участники круглого стола согласились с тем, что список поднятых проблем велик, но тем не менее не полон. Он требует регулярного обсуждения и уточнения. Для налаживания постоянного диалога государства, университетов и компаний должна быть создана коммуникативная площадка.

Как рассказал в завершение круглого стола Григорий Ивлиев, уже есть конкретный пример решения этой задачи. «Радует тот факт, что сегодня мы можем на практике посмотреть один из примеров трансграничной коммуникации. Речь идет о создаваемой Национальной ассоциации участников процесса трансфера технологий (НАТТ), которая сможет учесть интересы всех участников этого процесса», — уточнил он.

По словам руководителя департамента по управлению интеллектуальной собственностью «Иннопрактики», члена правления НАТТ Алексея Одинокова, созданная ассоциация планирует уделять особое внимание подбору инновационных программ обучения и выстраиванию экосистемы, которая позволит комплексно и планомерно формировать профессиональные компетенции, необходимые для работы в области трансфера технологий. Именно развитие таких компетенций как в учебных и научных организациях, так и в промышленных компаниях позволит рассчитывать на существенное повышение эффективности трансфера технологий.

pencil-striped-symbol-for-interface-edit-buttons.pngЦифровая промышленность

Этому термину более десяти лет. Раннее под ним понимали набор прикладных систем, которые в основном использовались на этапе технологической подготовки производства, а именно для автоматизации процессов разработки программ для станков с ЧПУ, для автоматизации разработки технологических процессов для сборки, для автоматизации задач, связанных с планированием рабочих мест при программировании роботов, и для интеграции с системами цехового уровня (или системами MES, Manufacturing Execution System) и системами управления ресурсами ERP. В последние годы, в связи с появлением новых прорывных технологий, этот термин получил более широкую трактовку. И сегодня он обозначает прежде всего использование технологий цифрового моделирования и проектирования как самих продуктов и изделий, так и производственных процессов на всем протяжении жизненного цикла. По сути, речь идет о создании цифровых двойников продукта и процессов его производства.


pencil-striped-symbol-for-interface-edit-buttons.pngНациональные чемпионы

В рамках перехода к проектному управлению в федеральных органах исполнительной власти в июне 2016 года Минэкономразвития России запустило проект «Поддержка частных высокотехнологических компаний-лидеров» («Национальные чемпионы»).

Проект базируется на мировой практике, которая показывает, что создание крупных корпораций или лидеров в отдельных отраслях в мировом масштабе крайне редко происходит без государственной поддержки и в последние годы за рубежом устойчиво растет внимание к теме активного стимулирования ускоренного развития быстрорастущих технологических и инновационно ориентированных компаний среднего бизнеса.

Цель проекта — обеспечить опережающий рост отечественных частных высокотехнологических экспортно ориентированных компаний-лидеров и формирование на их базе транснациональных компаний российского базирования.

Участниками проекта выступают не менее 30 частных высокотехнологических компаний с выручкой от 500 млн до 30 млрд рублей.

Завершится проект в декабре 2020 года. Ожидается, что в числе его результатов окажется четырехкратный рост объема высокотехнологического экспорта не менее 15 компаний — участников проекта, выход как минимум двух компаний проекта на объемы продаж не менее 1 млрд долларов в год, а также выход как минимум 10 компаний проекта на объемы продаж не менее 500 млн долларов в год.


Темы: Среда

Еще по теме