Верхняя ступень ракеты Starship, совершившая 14 витков вокруг Земли, вошла в земную атмосферу на скорости, при которой воздух вокруг корпуса раскаляется до тысяч градусов. Еще несколько лет назад сама мысль, что столь огромный объект — общей длиной с многоэтажный дом (124 метра), массой в десятки тонн, несущий в себе колоссальный запас кинетической энергии, — можно не просто посадить, а поймать на земле парой манипуляторов, выглядела как инженерная фантазия.
Тем не менее это произошло. Корабль выровнялся в вертикаль за секунды до касания, три двигателя Raptor погасили остаточную скорость, и два выдвижных стальных захвата башни Mechazilla сомкнулись на двух небольших выступах по бортам ступени. Запас точности измерялся всего несколькими десятками сантиметров.
Полет Starship успешно завершился. И для SpaceX — и, вероятно, для всей космической отрасли — начался отсчет нового этапа.
В пятницу 13 ноября со стартовой площадки Starbase в Южном Техасе стартовал пятнадцатый полномасштабный испытательный полет программы Starship. Официально — версия V3, четвертая практическая проверка этой модификации.
Верхняя ступень — корабль, который во внутренней документации SpaceX проходит просто как Ship, — вторично успешно вышла на орбиту и развернула 26 спутников Starlink. Затем корабль совершил 14 витков вокруг Земли на высоте около 265 километров, транслируя изображение в реальном времени через собственную сеть связи. (Предыдущая миссия, впервые совершившая орбитальный полет, ограничилась лишь полутора витками.)
Корабль выровнялся в вертикаль за секунды до касания, три двигателя Raptor погасили остаточную скорость, и два выдвижных стальных захвата башни Mechazilla сомкнулись на двух небольших выступах по бортам ступени. Запас точности измерялся всего несколькими десятками сантиметров
Спустя 22 с половиной часа после запуска Ship выполнил тормозной маневр, вошел в атмосферу, совершил управляемое снижение и был захвачен манипуляторами стартовой башни (в западных СМИ их окрестили «палочками для еды», chopsticks). Это первый в истории случай, когда верхняя ступень орбитальной ракеты была поймана на месте старта. До этого башня трижды ловила ускорители первой ступени Super Heavy, но попыток вернуть Ship (вторую ступень) не предпринималось ни разу.
Однако на этот раз произошел «прокол» с ловлей ускорителя. Планировался так называемый двойной захват — поимка обеих ступеней на башне. Но вскоре после разделения, по предварительным данным, обнародованным представителем SpaceX Кейт Тайс, двигатели первой ступени преждевременно прекратили работу на этапе спуска; система наведения зафиксировала отклонение от расчетной траектории и автоматически направила ракету в Мексиканский залив, где она самоуничтожилась. По версии же портала Space.com, сработал сигнал тревоги о низком уровне топлива. Точная причина возникшей неполадки пока еще устанавливается.
«Этот научно-фантастический трюк с захватом второй ступени помог затмить неудачу при возвращении ускорителя», — дружно констатировали наблюдатели. И с этим трудно спорить: в целом пятнадцатый полет Starship — безусловный успех. Но осадочек, конечно, остался.
Многоразовые орбитальные аппараты существовали и раньше. В 1970-х, на волне лунного триумфа, американское космическое агентство NASA запустило строительство целого флота «челноков» — инженерного чуда своего времени. «Шаттлы» выходили на орбиту, проводили там до двух недель и садились на взлетную полосу, как планер. Их твердотопливные ускорители вылавливали из океана и затем использовали повторно.
Но технико-экономическая реальность оказалась жестока к оптимистичным прогнозам. Теплозащитные плитки шаттлов были очень хрупкими и после каждого полета требовали кропотливой переборки. Стоимость же доставки полезной нагрузки приблизилась к 25 тысячам долларов за фунт вместо обещанных изначально руководством NASA 25 (без трех нулей). Экипаж — максимум семь человек вместо десятков «по плану». И за тридцать лет действия программы было построено всего пять орбитальных кораблей, совершивших в общей сложности 135 полетов.
SpaceX сегодня, как отмечается в обзоре ArsTechnica, уже держит на Starbase пять кораблей Starship в высокой степени готовности, а на заводе Starfactory хранятся компоненты еще для двенадцати. Заявленный темп производства верхней ступени — одна штука каждые три недели. Более того, этот завод проектировался под полный цикл производства в три дня. Причем когда всего пять лет назад Илон Маск публично называл эти цифры в своих интервью, многие воспринимали его слова как бред сумасшедшего.
В ближайшие годы компания планирует выйти на 135 запусков в год, то есть сделать за год столько же, сколько «Шаттлы» за три десятилетия. А затем «штамповать» их ежегодно тысячами.
Говоря о многоразовых системах в русскоязычном инфополе, невозможно обойти вниманием еще одну историческую параллель, которую уже активно обсуждают в профильных сообществах. Ровно 38 лет назад, 15 ноября 1988 года, свой первый и единственный орбитальный полет совершил советский «Буран» (не обошлось, конечно, и без предположений, что Маск специально приурочил пятнадцатый полет Starship к этой годовщине).
Советская автоматика и системы наведения тогда отработали безупречно: корабль самостоятельно прошел плазменный участок, снизился и совершил ювелирную посадку в условиях сильного бокового ветра, отклонившись от оси взлетно-посадочной полосы всего на три метра
И здесь тоже кроется важный нюанс, который практически единодушно упускают (или просто не хотят упоминать) западные СМИ. Американские «Шаттлы», первый из которых («Колумбия») вышел на орбиту еще в апреле 1981 года, всегда возвращались на Землю под ручным управлением командира экипажа. «Буран» же совершил свой исторический полет полностью в автоматическом режиме, без людей на борту. Советская автоматика и системы наведения тогда отработали безупречно: корабль самостоятельно прошел плазменный участок, снизился и совершил ювелирную посадку в условиях сильного бокового ветра, отклонившись от оси взлетно-посадочной полосы всего на три метра.
Это был абсолютный триумф инженерной мысли. Увы, как хорошо известно, «Буран» остался единичным, уникальным достижением советских разработчиков, намного опередившим время, но так и не ставшим на поток. Программа была быстро свернута, страна распалась, а сам корабль в итоге погиб под обломками рухнувшего казахстанского ангара.
И SpaceX сегодня решает, по сути, ту же задачу, которая стояла перед создателями «Бурана»: обеспечить безопасное возвращение тяжелого космического аппарата с орбиты. При этом Маск со товарищи строит не выставочный корабль-рекордсмен, а конвейер. И в этом, пожалуй, главное отличие нынешнего захвата верхней ступени от достижений прошлого: это не просто демонстрация возможности вернуться, а заявка на то, что возвращение и повторное использование станет рутинным процессом.
Захват второй ступени на башне — это не трюк ради трюка. Это ключевое звено в экономической модели, которая ломает прежнюю логику космических запусков.
Приводнение в океан означает, что корабль затем нужно найти, извлечь из воды, отмыть от соли, транспортировать обратно на завод, проверить на дефекты, при необходимости произвести ремонт и проч. Каждая из этих операций — это время и деньги. Башня с манипуляторами устраняет все эти промежуточные этапы. Корабль садится буквально в нескольких метрах от места старта: осмотрели, дозаправили и, в идеале, быстро запустили снова.
Илон Маск в очередной раз заявляет весьма смелую промежуточную цель: 10 тысяч ежегодных запусков Starship к 2030 году, то есть более одного старта в час. Честно говоря, поверить в эти эффектные цифры трудно, однако за ними стоит вполне конкретный бизнес-план: ускоренное наращивание спутниковых мегаконстелляций («созвездий»). Сеть Starlink V3 нового поколения должна «на бумаге» насчитывать 100 тысяч спутников. Планируемая же группировка орбитальных дата-центров Starmind на базе технологий ИИ — это уже миллион аппаратов. (Действующая группировка Starlink, крупнейшая в космической истории, сейчас насчитывает лишь около 11 тысяч спутников.)
Иными словами, такая частота запусков — это не столько раздутые амбиции Маска (хотя и без них, конечно, не обходится). Это суровая производственная необходимость. И многоразовость — единственная известная схема, при которой такая частота становится экономически осмысленной.
Пока же промежуточные результаты этого мегаплана таковы: ускорители Super Heavy уже дважды повторно летали в космос. Бустер № 14 стартовал в полетах 7 и 9 (январь и май 2025-го), бустер № 15 — в полетах 8 и 11 (март и октябрь 2025-го). Между повторными полетами — несколько месяцев. Но сам факт повторного использования первой ступени уже доказан. Верхняя ступень до минувшей субботы не возвращалась ни разу. Теперь вернулась.
«Это был священный Грааль космонавтики — стремительное падение сквозь огонь и поимка в воздухе сталью» — так образно прокомментировал эффектный финал представитель SpaceX Дэн Хуот во время прямой трансляции. И бодро добавил: «Мы поймали Starship, и теперь все изменится».
Обещание, безусловно, красивое. Но все-таки стоит задаться двумя вопросами: что именно изменится и когда?
Начнем с того, ради чего NASA уже вложило в программу Starship почти 7 млрд долларов и к 2030 году планирует довести эту сумму до 18 млрд. SpaceX была выбрана главным подрядчиком на создание пилотируемого лунного посадочного модуля — Human Landing System (HLS) для программы «Артемида» (Artemis). Ее генеральная задача — доставить астронавтов с орбиты Луны на поверхность и обратно. Первая лунная высадка со времен «Аполлона» запланирована в рамках миссии «Артемида-IV», ориентировочно пока на 2028 год.
Для этого кораблю как минимум еще нужны кабина экипажа и надежная система жизнеобеспечения. По оценкам NASA, работа над полноразмерным наземным прототипом — Cabin 1 («Кабина-1») — близится к завершению. Кроме того, в ближайшие месяцы SpaceX планирует начать запуски Starship из Космического центра имени Кеннеди во Флориде — именно оттуда стартуют пилотируемые миссии «Артемида».
Однако есть большая проблема, которая пока не решена даже на уровне демонстрации: дозаправка на орбите.
«Это был священный Грааль космонавтики — стремительное падение сквозь огонь и поимка в воздухе сталью» — так образно прокомментировал эффектный финал представитель SpaceX Дэн Хуот во время прямой трансляции. И бодро добавил: «Мы поймали Starship, и теперь все изменится»
Starship физически не способен покинуть Землю с полным запасом топлива, необходимым для полета к Луне. Поэтому рабочая схема предполагает, что на низкую околоземную орбиту выводятся танкерные модификации корабля, которые перекачивают топливо на орбитальный накопитель. Корабль, направляющийся к Луне, стыкуется с накопителем, заправляется — и только тогда уходит к цели.
Сколько таких танкерных рейсов с Земли к накопителю потребуется на практике? Предварительные оценки сильно расходятся. Чарли Прекорт из Консультативного совета по аэрокосмической безопасности NASA прогнозирует, что 22. Илон Маск настаивает на том, что должно хватить «шести — восьми». Но даже если ближе к истине окажется Маск, в любом случае речь идет о многократных танкерных запусках для обеспечения одного лунного полета.
И вот здесь многоразовость становится не просто полезным бонусом, а критическим условием дальнейшей реализации лунной программы. Если каждый танкер — одноразовый, стоимость лунной миссии взлетит до неподъемных величин. Если же танкеры возвращаются на башню и стартуют снова, экономика срастается.
Но пока ни одна миссия не продемонстрировала процесс орбитальной перекачки топлива. Уточним, что топливо — жидкий кислород и жидкий метан — должно поддерживаться в крайне охлажденном состоянии на всех этапах. Это сложнейшая инженерная задача, и она тоже пока не решена.
Есть и дополнительное конкурентное давление. Если SpaceX не успеет подготовить корабль к полету «Артемиды-IV» в 2028 году, NASA может переключиться на Blue Moon компании Blue Origin, с которой у агентства также заключен долгосрочный контракт.
Управление генерального инспектора NASA (NASA’s Office of Inspector General) уже не раз выражало озабоченность переносами сроков и техническими рисками лунной программы. И на этом фоне комментарии главного администратора агентства Джареда Айзекмана прозвучали не столько как дежурная похвала, а почти как хирургически точная оценка произошедшего.
Наблюдая за тем, как Starship-15, преодолев плазму атмосферы, мягко ложится в стальные захваты башни, Айзекман охарактеризовал это как «почти волшебное» событие и добавил: «Мы стали на один шаг ближе к возвращению американцев на Луну».
И это, пожалуй, самая трезвая констатация из всех, что прозвучали в эти выходные. Не «мы уже почти на Луне», и не «главная проблема наконец решена», а именно «сделан один важный шаг». Шаг, который потребовал миллионов инженерных решений, миллиардов долларов и четверти века упорной работы всей американской космической отрасли.
Концепция быстрого возврата доказана на практике. Но впереди орбитальные заправки криогенным топливом, лунные кабины, спутниковые мегаконстелляции и тот самый производственный конвейер, который должен превратить однократное «почти волшебство» в завтрашнюю рутину. И этот следующий шаг, как известно любому инженеру, всегда дается труднее предыдущего.
Темы: Инновации