Вакцина Сэйбина не была первой, но именно ее применение сыграло главную роль в том, что болезнь, которая в первой половине XX века была кошмаром многих семей в Америке и Европе, сейчас встречается крайне редко — отмечены лишь единичные случаи в самых неблагополучных странах мира. При этом, хотя Сэйбин с юных лет жил и работал в Америке, немалый вклад в последующий успех его открытия внес Советский Союз и его ученые и медики.
Настоящая фамилия Альберта Сэйбина — Сапперштейн. Он родился в еврейской семье Якова Сапперштейна и Тилли Кругман (Сапперштейн). Большинство родственников Якова эмигрировали в Америку еще в начале XX века (во многом под влиянием Белостокского погрома 1906 года). Начать новую жизнь за океаном мечтали и Сапперштейны, но Яков не мог покинуть Белосток: он должен был ухаживать за больной матерью. До Америки они добрались уже после Первой мировой войны, в 1921 году. Семья поселилась в городе Паттерсоне, штат Нью-Джерси (не так давно лирически воспетом в одноименном фильме Джима Джармуша) — в те годы это был центр текстильной промышленности, привычной и знакомой сферы для Якова.
Скорее всего, Яков старался стать «настоящим американцем», не привлекая внимания к своему еврейскому происхождению. Во всяком случае, дела он начал вести под именем Джейкоба Сэйбина. Эту фамилию взял и его сын Альберт, добавив себе второе имя — Брюс. Впрочем, когда он окончил школу и зашла речь о выборе дальнейших занятий, семья пошла по традиционному пути. У дяди Альберта доктора Зигмунда Сиднея, успешного зубного врача из Нью-Йорка, сыновей не было. И он согласился оплачивать учебу Альберта в Нью-Йоркском университете, если тот выберет профессию дантиста. На время обучения Альберт мог бесплатно жить у него дома. Предполагалось, что со временем Альберт унаследует практику Зигмунда, и это была перспектива хорошей карьеры и обеспеченной жизни, вполне вписывающаяся в формулу американского успеха еврейского эмигранта из Восточной Европы. Однако, оказавшись в стенах университета, Альберт понял, что не хочет возиться с чужими зубами. Перед ним открывались совсем другие стороны медицинской науки.