EPC для российского высокотеха

Компания «Диполь» привлекла наше внимание тем, что она, по сути, является EPC-компанией для российского высокотеха. «Диполь» выполняет весь комплекс работ по созданию современного предприятия, проектирует и возводит производственные помещения с инженерной и технологической инфраструктурой под любые задачи заказчика, и все это в самых высокотехнологичных секторах нашей промышленности. Компания также оснащает предприятия инновационным технологическим оборудованием, проводит сервисные работы, поставляет технологические материалы. Одно из основных направлений ее деятельности — модернизация и технологическая поддержка предприятий радиоэлектронной промышленности. «Диполь» также принимает участие в различных космических проектах, в авиастроении, энергетике и ряде других отраслей.

Мы беседуем с председателем совета директоров группы компаний «Диполь» Николаем Ковалевым.

— Когда была создана ваша компания? Какие проблемы возникали при развитии?

— Компания была создана в 1992 году инженерами, которые специализировались на измерениях и испытаниях в радиосфере. Это было время становления бизнеса в России, и компания, естественно, была создана с целью излечения прибыли. Но люди извлекали прибыль из того, что они знали, а в данном случае они занимались продажей измерительной техники. В период распада Советского Союза распались и всевозможные связи между крупными предприятиями, которые производили измерительную технику. В советские времена эти предприятия распределяли свою продукцию через единый общероссийский магазин-салон «Приборы», который потом перестал функционировать. И «Диполь» взял на себя функцию распределения измерительной техники в России. Я пришел в «Диполь» в 1996 году, а в 1998-м стал владельцем компании, потому что люди, которые начинали это дело, ушли в другую тематику, а я, поработав с ними, считал, что поставки измерительной техники не теряют актуальности. Причем в начале 1998 года в компании было всего три человека: я, главный бухгалтер и секретарь.

Председатель совета директоров группы компаний «Диполь» Николай Ковалев

ГК «Диполь»

В самом начале 2000-х годов мы стали активно развивать другие направления. В 2005-м занялись уже технологическим оборудованием для производства электроники, потому что у наших предприятий-заказчиков была существенная потребность в таком оборудовании. А в 2010 году мы развернули собственное производство промышленной мебели с антистатическими свойствами. Это было интересное для нас сопутствующее направление, потому что наши заказчики без такой мебели не могли работать. При этом мы участвовали в деятельности международного электростатического комитета по разработке соответствующих стандартов, а потом внедряли эти стандарты в России. Мы и сейчас активно развиваем это производство.

Замечу, что большая часть необходимых нам технологий и оборудования производилась и производится за рубежом. Оттуда мы получали актуальные знания и выстраивали свой сервис. В принципе, наш бизнес — это бизнес трансфера технологий практически во всех направлениях производства электроники: от микроэлектроники до сборочных крупноузловых процессов, от техники измерений и испытаний, необходимой для разработчиков электроники и производителей, до техники, необходимой непосредственно для выпуска изделий.

Но мы также всегда думали о том, что и каким образом мы можем сами произвести, придумать, сделать. И где-то с 2015 года у нас действует собственное конструкторское бюро, свои разработчики. При этом мы используем принцип управления различными разработками, когда мы содержим у себя главных конструкторов, которые формулируют ТЗ на востребованные приборы и заказывают у сторонних групп разработчиков разные узлы, которые потом соединяют у нас. Таким образом у нас появилась собственная линейка измерительной техники, а в последнее время мы развиваем и собственную линейку технологического оборудования.

Мы также занимаемся импортозамещением. Хотя, наверное, в нашем случае это больше «импортосовмещение», потому что в электронике многое импортозаместить пока практически невозможно, но возможно грамотно находить те ниши и встраивать в них свой продукт, сохраняя его жизнеспособность и обеспечивая его развитие.

В ответ на возникший запрос наших заказчиков мы параллельно начали развивать у себя еще и строительный департамент. То есть теперь мы можем заниматься не только проектированием технологического процесса до его полного ввода в эксплуатацию — на многих предприятиях и во многих проектах мы выступаем и как проектировщик, и как генподрядчик строительства отечественных производств. Сейчас мы достаточно успешно развиваем эту компетенцию у себя. Мы заключаем так называемые контракты EPC, когда ты отвечаешь за полный цикл организации производства, например, микроэлектроники, а не просто за отдельные виды поставок или отдельные виды работ. Так что нас вполне можно назвать ЕРС-компанией.

— Какие предприятия входят в вашу группу компаний?

— В группе компаний у нас есть предприятие, которое занимается производством нашей промышленной мебели и лабораторного оборудования, — «Диполь Производство». Предприятие, которое занимается промышленным технологическим оборудованием, — «Диполь Технологии». А «Диполь Интеграция», где у нас заняты порядка 20 разработчиков программного обеспечения, работает над нашей МЕS-системой. Это система управления производственными процессами, которая интегрируется с верхней системой, с программой 1С, с бухгалтерией и так далее. Это наша собственная разработка, на нашей собственной платформе.

Оборудование сборочной линии на предприятии заказчика

ГК «Диполь»

Мы также разрабатываем собственную программу для автоматизации измерений, испытаний и исследований ЭМИКА. Это среда графического программирования (LowCode-редактор), то есть любой инженер с помощью этой программы может легко, как из кубиков, разработать собственную последовательность, например, испытаний. Эта программа связывает группу приборов или группу оборудования в единую управляемую модель. То есть включает приборы, снимает показания и в конце выдает распечатку результата. Это замена большого импортного программного продукта под названием LabVIEW. Им пользовались все в России. Сейчас, конечно, его нет. Нам удалось не только заместить его, но и существенно превзойти по некоторым параметрам.

Есть у нас отдельная самостоятельно разработанная программа по метрологии, METLAB. Это программа автоматизации всей метрологии на предприятиях, позволяющая управлять всем процессом обслуживания средств измерений. И это все «Диполь Интеграция».

Есть у нас компания, которая занимается непосредственно стройкой. Наконец, есть отдельная компания, которая занимается производством изделий на 3D-принтерах. Это большое производство с инженерной группой называется «Диполь ЦАТ» — Центр аддитивных технологий. Туда обращаются совершенно разные предприятия с заказом произвести какое-либо изделие. Либо приносят свое изделие, мы его сканируем и дальше производим либо из пластика, либо с помощью металлического 3D-принтера из титана, из стали, из чего угодно, из любых порошков. Это могут быть практически любые изделия или прототипы, которые потом идут на испытания. Этот ЦАТ является поддерживающим центром для нашего департамента продажи оборудования: предприятия сначала отрабатывают на нашем производстве свои технологии; если все нравится и корректно работает, они покупают оборудование и заказывают нам поставку. Мы открыли ЦАТ в прошлом году, и он уже показал неплохие результаты. У нас там крупные предприятия обслуживаются.

— Рассказ о вашей компании напомнил о советских институтах, чье название начиналось с сокращения ГИПРО — государственный институт проектирования. Эти институты занимались именно комплексным проектированием заводов и технологических процессов. Институты с таким названием были во всех отраслях экономики, а многие сохранились до нашего времени.

— В общем, вы правы. Действительно, основное направление работы нашей компании — это инжиниринг. Мы стараемся предлагать нашим заказчикам полный комплекс услуг, необходимых для их развития. Раньше мы развивались в отдельных сегментах — например, только поверхностный монтаж, микроэлектроника, измерительная, испытательная техника. Сейчас у нас есть общая инжиниринговая надстройка, которая под наши проекты может собирать группы специалистов, способных решать все задачи, от проектирования до выпуска конечного изделия. Вот это и есть суть нашей деятельности сейчас. Но мы не бросаем, конечно, и продажи, и все остальное, с чего мы начинали и за счет чего в том числе развиваются наши компетенции.

Поскольку мы создаем сложные измерительные стенды под задачи заказчиков, мы собираем их из разного оборудования. Конечно, в какой-то части это импортное оборудование, но мы активно работаем и с отечественными предприятиями. Например, с ООО «Планар» и АО НПФ «Микран» (российские разработчики и производители высокотехнологичного электронного оборудования мирового уровня. — «Стимул»).

Мы получаем конструкторскую документацию, изготавливаем и испытываем опытные партии изделий, готовим их к серийному производству, дорабатываем конструкторскую документацию и дальше размещаем заказ на контрактных производствах. У нас в стране их достаточно много. Качественно подготовленная конструкторская документация позволяет отдать ее стороннему изготовителю. Например, сейчас у нас будет выпускаться осциллограф, самый применимый сейчас базовый прибор, который закрывает очень широкий ряд потребностей разработчиков, инженеров-диагностов, сервисных инженеров, регулировщиков РЭА и других специалистов, работающих с электроникой. Но в основном мы являемся держателями конструкторской документации и технологий. Мы инициируем разработку, разрабатываем, собираем, доводим до опытных образцов и далее организуем серийное производство.

Рабочие помещения, оборудованные промышленной и лабораторной мебелью Viking

ГК «Диполь»

— Работаете ли вы за рубежом в качестве поставщиков услуг или, может, экспортируете какие-то изделия?

— У нас достаточно большая сетка продаж промышленной мебели и технологического оборудования в Европе. У нас в Чехии было представительство и порядка 30 представителей в других странах. Представительство в Чехии консолидировало нашу деятельность по поставке в основном промышленной мебели и сопутствующего оборудования для оснащения рабочих мест. Но, к сожалению, в 2022 году нам пришлось спешно закрывать это представительство, просто бежать, и мы переместились в Турцию. Хотя в Турции тоже не очень хорошо смотрели на нас. Сейчас наш основной рынок — это Юго-Восточная Азия и арабские страны. В арабских странах идут наиболее успешные продажи, в Китае, конечно, сложнее, но мы не отказываемся и от этого рынка.

— Как вы работаете над развитием компании? Есть ли у вас стратегия развития как документ? Кто ее определяет?

— Конечно, стратегия у нас есть, мы ее разработали и утвердили на совете директоров. Стратегия — это коллективно разработанный продукт. В ней мы определяем, что мы хотим собой представлять, какими хотим быть. Есть, конечно, и тактика, которая обычно стратегию очень сильно ограничивает, потому что время от времени случаются всевозможные события. За тридцать с лишним лет мы прошли несколько турбулентных периодов: дефолты, кризисы экономические и политические, падение нефти, рост рубля, санкции и так далее — чтобы продолжать функционировать, постоянно приходится приспосабливаться. Но стратегически мы знаем, куда мы идем, как мы хотим выглядеть, что мы хотим сделать из своей компании через десять лет. Обычно десятилетка — это тот стратегический промежуток, на котором мы консолидируем свои усилия, чтобы достичь поставленных целей.

— Вы сказали, что разрабатываете в том числе собственное оборудование. Но, я так понимаю, вы и заказываете разработки?

— Да. Мы управляем разработками в разных группах.

— А какое соотношение собственных разработок и заказных?

— Я думаю, что на 80 процентов это управление разработками. Но нельзя сказать, что мы просто что-то заказываем на стороне. Мы заказываем разные узлы, которые потом сводятся в нашем конструкторском бюро в единую разработку.

— То есть вы вначале разрабатываете некий общий проект и под него заказываете узлы…

— В основном да. Тем не менее за финальный продукт всегда отвечаем только мы. Разработка технической документации, конструкторской документации со всеми литерами — она уже идет у нас.

— А как выстроена команда ваших разработчиков?

— У нас есть генеральный конструктор и под генеральным конструктором различные направления. Под генеральным конструктором и под нашим научно-техническим советом находится несколько десятков разработок.

— В начале нашей беседы вы упомянули, что в настоящее время ваша компания выпускает осциллографы. Я сам из электроники, и я помню, что в Советском Союзе это был большой дефицит — осциллографы, рассчитанные на высокие частоты. На каком уровне ваш осциллограф?

— Диапазон 100‒200 мегагерц. Но сейчас мы, например, работаем совместно с ВНИИФТРИ, и у них вы можете увидеть прибор на 1000 мегагерц.

— А сколько всего людей у вас в компании?

— Во всей группе компаний около 700 человек. Костяк — это технологи, инженеры и IT-специалисты. Практически все наши проекты — с IT-наполнением.

Наши технологи — это люди, которые являются специалистами в разных направлениях технологий производства электроники: в микроэлектронике, поверхностном монтаже, измерительных технологиях, испытаниях, даже по химическим процессам. У нас есть и собственная лаборатория по разработке химических составов.

Изготовление промышленной мебели на заводе ГК «Диполь».

ГК «Диполь»

У нас серьезный штат сервисных инженеров, ведь мы не только привозим оборудование, мы проводим пусконаладочные работы и в дальнейшем занимаемся поддержкой и ремонтом по мере необходимости. У нас сервис по всей России работает 24/7.

— Готовите ли вы для себя кадры или, может быть, находите их на рынке? Сотрудничаете ли вы с образовательными организациями?

— Нашим отдельным направлением является работа с вузами и техникумами. Яркий пример нашей работы с учебными заведениями — известный в Санкт-Петербурге Колледж электроники и информационных технологий имени Героя Российской Федерации В. К. Широкова, который выпускает технических специалистов для предприятий радиоэлектронной отрасли. При нашем участии в колледже были установлены целые производственные линии, на которых ребята не только обучаются, но еще и выполняют конкретные задачи, за что получают деньги. Оттуда выходят ребята с очень высоким уровнем профессиональной подготовки. Тех, кто не планирует уходить из специальности, предприятия разбирают уже с третьего курса, очень большой спрос на учащихся и выпускников этого колледжа.

— Вы их себе тоже берете?

— Сейчас у нас основной упор сделан на расширение штата опытных технологов, разбирающихся в индустрии, тем не менее опыт выращивания собственных кадров со студенческой скамьи у нас тоже имеется. Мы участвуем в карьерных мероприятиях, проводимых учебными заведениями, чтобы привлекать и молодежь.

— Есть ли еще в России такие же комплексные компании, которые работают как вы — как я уже сказал, как советские ГИПРО? У вас есть конкуренты?

— Конечно. Наверно, наш основной, так скажем, конкурент-соратник в этой работе — это группа компаний «Остек». Это крупная, хорошо сформированная и уважаемая нами компания. Мы по-разному расставляем акценты в нашей деятельности. Например, коньком «Диполь» является измерительная техника, из которой мы выросли. Но в общем и целом компания «Остек» — это и наш партнер, и наш конкурент, и наш коллега.