Бог все-таки играет со Вселенной в кости

Три новоиспеченных лауреата получили высшую научную награду с большим временным лагом: основные эксперименты Джона Клаузера (самого пожилого из них, ему 80 лет) и Алена Аспе (ему 75) датируются главным образом 1970‒1980-ми годами, тогда как 77-летний Антон Цайлингер, помимо своих более ранних опытов, отмечен также за серию ярких практических экспериментов по так называемой квантовой телепортации, проведенных уже в конце 1990-х.

И, как отметил в беседе с нами профессор физфака МГУ, руководитель научной группы «Коррелированные квантовые системы» Российского квантового центра (РКЦ) Алексей Рубцов, «тот факт, что с момента проведения важнейших экспериментов того же Аспе прошло уже лет сорок (а в случае с Клаузером и вовсе 50 с лишним), а Нобелевскую премию им дали только сейчас, по сути, говорит о том, что понимание важности осуществленного ими прорыва пришло с очень большим запозданием и лишь после того, как в последние годы стали очень быстро развиваться исследования в области практической передачи квантовой информации».

В свою очередь, по версии ведущего российского специалиста в области математических проблем квантовой информатики академика РАН, профессора Математического института им. В. А. Стеклова Александра Холево, «в качестве возможного объяснения того, что эта награда была присуждена так поздно, можно предположить, что тут во многом сыграло свою роль и наличие в этой области физических исследований массы так называемых ловушек (loopholes), и многочисленные противники наличия в природе квантовой запутанности, или сцепленности (entanglement), на протяжении многих лет очень сильно придирались к конкретным результатам и условиям таких экспериментов (например, к наличию “подтасовок” с исходной выборкой частиц, “некорректными” расстояниями между ними, независимостью измерений и так далее)».