О любви к технике, стеклах и конкурсе «Эврика!»

Если вы любите технику по-настоящему, то вы любите не только красивые машины, но и все детали и винтики, из которых она состоит. Нельзя не любить винтики за красоту и за то, насколько элегантными они получаются, когда их изготавливают хорошо. Один шлиц чего стоит — тонкий, ровный, как раз чтобы отвертка не соскакивала и не разбивала его. А уж крестовой шлиц — вершина красоты и элегантности. В Советском Союзе умели делать ракеты и атомные бомбы, шагающие экскаваторы и атомные электростанции, лазеры и автоматы. А вот винтики не умели. Как человек, отдавший двадцать лет советскому оборонпрому, ответственно это заявляю.

Но если вы любите винтики и, скажем, печатные платы — тоже очень красивые штуковины, то уж разные стекляшки и кристаллы должны просто обожать. И они сами, и процесс их изготовления завораживающе красивы, и при этом в результате получаются вполне себе важные и ответственные конструкции. И все это относится даже к простому оконному стеклу.

Интерес мой к стеклу возник не на пустом месте. По роду работы мне пришлось заняться поиском стекла для изготовления оригиналов дисков магнитооптической памяти, основанной на эффекте Кюри. Не буду объяснять, что это такое. Интересующиеся могут почитать. Было такое увлечение мировой компьютерной общественности в конце 1980-х, которым занимались и в СССР. Диски были перезаписываемыми и большей плотности, чем оптические. Но как-то дело не пошло.